1882-2017
135 года общине в Москве
Христианские новости

Христианские новости

Семья - это лекарство для сирот


Семья - это лекарство для сирот
18.07.2014
В Курской области каждое лето проходят 5, 6 лагерей и байдарочные походы для молодежи. Неверующие ребята, дети из детских домов приезжают в лагеря и участвуют в походах.

Илья Фадеев — координатор христианских лагерей городского совета церквей ЕХБ г. Курска, президент Курского регионального общественного фонда помощи сиротам и семьям «Ты не один». Илья имеет богословское образование, закончил Курский медицинский институт, специалист по социальной работе и социально-психологической реабилитации. Благодаря Фонду для евангельских христиан-баптистов есть более широкий доступ в различные учебные заведения, потому что не всегда так просто подойти к администрации со своими проектами.

Есть стабильные проекты в детских домах, где верующие ведут определенные занятия с выпускающими классами, занимаются с подростками в детских домах, подготавливая их к самостоятельной жизни. Ведь огромный процент даже самых успешных ребят не могут адаптироваться во «взрослой жизни», потому что привыкли к условиям детского дома. Есть проект для выпускников - для девочек, который возглавляет Ольга Бунина, и мальчиков, который курирует Илья. Действует «Учебная ферма», где готовят к жизни выпускников детских домов. В этой беседе Илья Фадеев рассказал об особенностях работы с детьми-сиротами, о важности посвящения этому служению.

Илья, когда Вы заканчивали медицинский институт, кем думали быть?

Пошел учиться туда для себя, чтобы получить знания по определенным предметам, таким как психология, социология, социальная работа. Знал, что буду заниматься общественной организацией. Хотел понять историю социального движения.

Почему стали заниматься христианскими лагерями?

В начале своей христианской жизни молился, чтобы Бог дал мне большое посвящение. У меня было такое понимание, что посвящение должно быть на всю жизнь, а не на год или на два. Начал свою деятельность в служении пенсионеров в малых церквах Курской области. Мне это нравилось. Но однажды Бог прямо показал нужду в церкви - нет молодежного служителя, лидера. Постепенно втянулся в эту работу и увидел, что Бог благословляет.

После покаяния и крещения сразу стал ездить в лагеря как наставник, а с 2000 г. уже как директор. Раньше занимался молодежным служением в церкви «Благодать» в Курске и областным служением, потом Бог все больше открывал дорогу к работе с сиротами. Занимаюсь молодежным служением в детских домах с 1998 г. Общественной организации «Ты не один» шесть лет. Сейчас служу как координатор христианских лагерей области. С фондом «Пшеничное зерно» по христианским лагерям сотрудничаю с 1998 г.

В чем особенность развития христианских лагерей?

Все держится на посвященных людях. Если есть посвященный человек, а лучше группа таких людей, то тогда лагерь будет жить и развиваться, независимо от каких-то политических и даже финансовых условий. По моему опыту, обустройство палаточного лагеря возможно даже при минимальных финансах. Благодаря фонду «Пшеничное зерно» мы можем развивать базу, предлагать детям достаточно хорошее питание. В экстремальных случаях можно провести лагерь очень просто.

У нас есть байдарочные походы, когда полностью зависишь от погоды. Там участвуют подростки: и мальчики, и девочки, от 11 лет.

Мы работаем с сиротами. Детей из детского дома берем на пяти-семидневный маршрут по Курской области. У нас замечательные места, красивые реки. Есть что посмотреть. Мы проводим с ребятами разбор Библии. Упор делается на социальную адаптацию. Дети учатся самостоятельно готовить, разжигать костер, ставить палатки. Приобретают, так сказать, навыки туристической жизни и участвуют утром и вечером в прославлении и общении на актуальные темы.

В каждой лодке находится наставник-христианин, с которым на протяжении пути ребята могут общаться. Я за интерактивное общение, а не просто чтение лекций детям. Ведь нравоучения не всегда имеют успех, особенно для детей из детдома, которым важно общение.

Покаяния среди ребят были?

Да. Ребята обращаются к Богу. Свидетельствуют об этом. Большие сложности они испытывают по возвращению в детский дом, потому что это достаточно закрытая структура, где свои нормы морали. Там нельзя афишировать веру в Бога и сохранить ее трудно. В социальных сетях при общении видно, что дети сохраняют веру в Бога, но афишировать ее внутри интерната у них нет возможности. Над ними просто будут насмехаться, издеваться за это. В этом проблема. Но мы посещаем ребят, вывозим в церковь.

Помогла ли вера в Бога кому-нибудь в детском доме?

Сейчас выпускается парень 18-и лет. Он невысокого роста, достаточно активный, лидер. В детском доме есть своего рода группировки с лидерами. Он нашел свою нишу, был таким управленцем, долго не шел на контакт, считал себя самодостаточным. Был обиженным на весь мир, потому что родители отказались от него. В итоге его покаяние у лагерного костра было со слезами. Ему тогда было 15 лет.

Он живет отдельно в общежитии. Настолько глубоко Бог проник в его сердце, что сейчас, общаясь с ним, я вижу, что момент покаяния сильно повилял на его жизнь, что человек изменился. У него масса проблем, связанных с его сиротством, с его неустроенностью, но то зерно, которое взошло в его сердце, дает о себе знать. В церковь он ходит, но непостоянно. Мы молимся, чтобы Бог дал ему внутреннюю стабильность. Это общая проблема сирот - у них внутри нет стабильности, они по жизни «разболтанные».

Как стать авторитетом у мальчиков, чтобы подросток брал пример с наставника?

Во-первых, нужно понимать, откуда этот ребенок. Мальчик-сирота, выросший в семье без отца, и мальчик, выросший в полноценной семье, – это разные люди. Если наставник мудрый и знает все эти нюансы, то он понимает, как подойти к этому ребенку. С ребенком из детского дома нужно очень много времени, чтобы найти общий язык. В замкнутой системе детдома он привык никому не доверять, даже в своем кругу. Мальчик, выросший без отца, тоже не привык к общению с мужчиной, поэтому стать для него авторитетом можно в какой-то более мягкой форме.

Если ребенок из полноценной семьи, то можно его призывать и к дисциплине. Когда мы выходим с ребенком на глубокое общение, необязательно общаться на религиозную тему, просто по жизни. У всех ребят в этом возрасте есть проблемы. Если начинать с этого, то ребенок открывается, и тогда уже можно обсуждать с ним какие-то глобальные жизненные вопросы.

Были ли среди ребят мальчики, которые подвергались сексуальному насилию?

Да. Я работал с мальчиком в детдоме, который подвергся насилию, и с мальчиком, который сам был насильником, он отбывал срок заключения в тюрьме для малолетних. Я его там посещал. Мальчик, который подвергся насилию, был помладше. Для него этот вопрос прошел легче, чем я ожидал. А другой попал из-за этого в зону и на нём «клеймо», которое пойдет с ним дальше. К каждому из них нужен индивидуальный подход. Невероятно трудно понять насильника. Я разговаривал с ним так, чтобы он сам мог задать себе вопросы, как могло так с ним произойти, почему он это сделал. Скорее всего, это от некой внутренней вседозволенности, а не от какого-то криминала, фанатизма.

Сейчас он понимает, что это зло. Я надеюсь, что в будущем он вообще не будет так мыслить, чтобы совершить подобное. Но это уже с ним произошло. Сложно, конечно, и мальчику, который стал жертвой насилия. Разговор о прощении среди сирот самый сложный. Потому что большинство среди них не признают своих родителей, своих обидчиков, явно негативно к ним относятся. Но все же кто-то очень любит мамочку, несмотря на то, что она его оставила еще во младенчестве, пытается ее найти. Разные дети, разные ситуации, но большинство сирот относятся негативно к своим родителям. Они понимают, что их бросили, и внутри себя они затаили злобу.

Говорить на такой почве о любви Отца Небесного трудно. Принцип — простое общение. Я год-два общаюсь с ними, чтобы они увидели меня, какой я есть. Когда формируется определенный уровень доверия, я могу позволить себе чему-то их учить. Ведь иначе они могут выслушать, кивнуть головой, но будут делать по-своему, будут считать себя жертвой. Это во всём влияет на их судьбу.

Ваш совет, как «вытащить» сироту из непрощения?

Давить нельзя. К каждому нужен индивидуальный подход. Хотя, казалось бы, они привыкли жить в коллективе, который они иногда сохраняют на протяжении все своей жизни. Они могут жить в одной квартире, несмотря на то, что у каждого есть своя комната, «кучковаться» после детдома долгие годы, потому что привыкли жить в коллективе.

Но в нашей работе коллектив скорее разрушает, чем помогает. Нужно индивидуально подходить к каждому ребенку, анализировать, что в нем творится, почему это так, а не иначе. Достаточно много документов надо сделать, чтобы просто вывезти ребенка на какое-то время из детдома. Я вывожу группу детей в одном детдоме, в другую область езжу в детдом по выходным. Индивидуальные беседы случаются, но не часто.

Расскажите о своей семье.

У меня супруга Наталья и пятеро деток: трое рожденных и двое приемных: девочка Вероника удочерена и мальчик Ростислав под опекой. У Вероники отец не известен, а мать убил дедушка на ее глазах. Трагичная судьба. Сейчас Веронике 11 лет. У Ростислава есть мама, которая из-за алкогольной зависимости в психиатрической лечебнице. У нее еще двое детей, которых воспитывает бабушка. Родные дети у меня: Данила (12 лет), Даша (10 лет), Ксюша (8 лет).

Как относятся родные дети к приемным?

Обычно эскизный листок с изображением в такой рамке убирают, но они оставили, потому что там была изображена семья: папа, мама и двое детей. Они очень нуждаются в семье. Они нашли родственников в Благовещенске. С особой радостью собирали деньги, чтобы поехать туда, несмотря на то, что это дальние родственники. Настолько в них сильна тяга к родной душе.

Вы верите в такой девиз: «Россия и Украина без сирот»?

Девиз хороший. Но это немного отличается от веры в Бога. Здесь нужно действовать. Нужно реально менять ментальность. К сожалению, в церкви я часто встречаюсь с таким мнением, что дети-сироты живут в хороших условиях, таких, какие обычные родители не могут создать в своей семье. Визуально это так, потому что питание и одежда в детдоме иногда лучше, чем у малообеспеченных. Ведь некоторые детдома, которые ближе к городу, перенасыщены спонсорской помощью. Они даже раз в месяц меняют шторы, делают ремонт. У всех детей там дорогие мобильные телефоны. Но это не меняет их жизнь, ведь внутренние проблемы, потребности остаются.

Я помню 1998 г., когда мы ездили в детские дома и привозили детям посуду, потому что они пили из майонезных баночек, а вместе тарелок были миски со времен войны. Сейчас все изменилось. Но что тогда дети выходили с проблемами, что сейчас. Семья - это лекарство, которое им необходимо. Ни одна наша программа, какой бы продуманной психологически она ни была, не способна так изменить судьбу большинства детей, как семья. В этом плане нашим братьям и сестрам в церквах нужно обратить внимание на себя, как на потенциальных родителей. Не просто давать подарки, которые мы везем сиротам вагонами, а понять, что мы можем сделать для них по-настоящему большое.

Я сотрудничаю с миссией «Россия без сирот» и «Украина без сирот». Вдохновляют люди, которые посвятили свою жизнь сиротам. Когда видишь, что вложенное через тебя в таких особенных детей после детдома постепенно начинает угасать, то сильно огорчаешься.

Что дают вам семинары фонда «Пшеничное зерно»?

Во-первых, это, безусловно, общение с замечательными, посвященными людьми. Потому что иногда ощущаешь себя в неком вакууме, когда занимаешься таким служением. А здесь собирается столько единомышленников, видишь столько сердец, горящих служением! Поэтому всегда хочется ехать сюда и общаться. Во-вторых, конечно, информация, которую получаешь на обучении. Очень благодарен Вере Ивановне Изотовой и ребятам из офиса фонда, которые мудро работают над программой и подбором преподавателей. Очень важные знания мы получили от детского психолога из Нидерландов Роба Хондсмерка. Его лекции полезны тем, кто желает посвятить себя детскому служению.

На каждом семинаре мы получаем актуальную информацию. Жизнь меняется, и меняются наши отношения к жизни и способы изменения и улучшения служения. Мы получаем хорошую базу. На самом деле, обучение проходит не только во время лекций, оно продолжается и после - во время общения. Это вдохновляет. Новым и полезным для нас был курс журналистики. Журналистка важна для освещения работы, которой мы занимаемся. Потому что наша задача не просто отчитаться о проделанной работе, а вдохновить людей, от которых зависит дальнейшее служение. Правильная подача информации - основа успеха стратегии служения.

Я ценю людей, которые владеют словом и могут на бумаге или в личном общении так рассказать о деле, что хочется поучаствовать в нем самому.

Какие темы вы хотели бы услышать на конференциях по христианским лагерям?

Интересующих меня тем много. Мне, как директору лагеря, хотелось бы услышать темы по психологии, не базовую, а более расширенную информацию по тому же насилию над детьми, по психологии сирот в детских учреждениях, по организации лагеря и работе над программой. Хотелось бы услышать больше творческих идей для программы лагеря и получить побольше ресурсов. Это привлекает ребят и оставляет у них добрую память о лагере.


По всем интересующим вопросам по работе с сиротами можно написать или позвонить Илье Фадееву:

ilfland @ ya.ru | +7-920-707-33-55


Зоя Бардина

Источник: РС ЕХБ

Теги: семья, сироты, служение